Средний уровень составляют группировки, является как бы переходным звеном между указанными выше группами и более совершенными преступными образованиями. В них имеет место выделение отдельных подразделений - боевиков, разведчиков, исполнителей, охранников. Как правило, эти группировки имеют коррупционные связи с чиновниками органов власти и управления.

Высокий уровень образуют криминальные организации с кружевной (сетевой) структурой, которые имеют две и больше звеньев управления, их характеризует наличие материальной базы (общих денежных фондов, банковских счетов, недвижимости); легального прикрытия в виде зарегистрированных фондов, совместных предприятий, кооперативов, ресторанов и т. д.; коллегиального органа управления, создаваемого группой лиц (советом), почти равных по своему статусу; функционально-иерархического построения с распределением организации на отдельные группы; межрегиональных связей руководящего ядра, охранников, информационной службы, «контролеров» и т. п.; устав в форме определенных правил поведения, традиций, «законов» и санкций за их нарушение; специфической языковой системы, в частности жаргона; информационной базы, создаваемой, в частности, путем осуществления разведки и контрразведки; своих людей в органах власти, судебных и правоохранительных органах. Эти организации распределяют между собой сферы влияния. Для них характерна специализация преступной деятельности.

Наряду с этим А. И. Гуров выделяет такую особую форму преступного объединения, как сообщество «воров в законе». Он отмечает, что лишь на первый взгляд это аморфная организация, в которой все равны и которая не имеет постоянного места дислокации, объединенная лишь рамками воровского закона. В действительности же связь между ворами настолько крепок, что они составляют единое целое. Органом управления является сходка, на которой решаются важные для них вопросы. Такое объединение сплачивает преступные элементы путем проведения сходок, принятие специальных письменных обращений; решает конфликты, возникающие в преступной среде; занимается сбором средств в общих касс; налаживает отношения с зарубежным преступным миром.

Определение такого уровня организованности в преступности, который можно было бы отождествлять с организованной преступностью, является проблемой мирового масштаба, учитывая распространенность последней и ее большую опасность для международного сообщества. Приходится, однако, констатировать, что она не получила однозначного решения. В связи с этим уместно вспомнить ту дискуссию, которая возникла на Всемирной конференции об организованной транснациональную преступность, проведенной Экономическим и Социальным Советом ООН 21-23 ноября 1994г.

На этой конференции одни эксперты были склонны считать, что организованная преступность олицетворяют большие, основанные на иерархической построении организации, структура которых приближается к структуре традиционных корпоративных объединений. Другие были убеждены в том, что организованные преступные группировки в основном не имеют определенной структуры, сравнительно небольшие, отличаются гибкостью и способностью к быстрому приспособлению. На их взгляд, истинная сила и эффективность организованной преступности обусловлены именно аморфностью таких группировок. В отличие от формальных корпоративных структур организованной преступности больше отражает сеть социальных связей в обществе. Эти структуры следует рассматривать не с точки зрения их распределения на мелкие и крупные организации или на оформленные структуры и неформальные сети, а с точки зрения непрерывного превращения малых структур на большие и гибкие, одной сети на бюрократические структуры другой. Кроме того, важно учитывать элементы преемственности и последовательности, характерные для организованных преступных группировок, то, что некоторые из них могут сочетать элементы сложившейся иерархической структуры на одних уровнях с более размытой и гибкой системой взаимоотношений на других (низших) уровнях.

Таким образом, можно констатировать, что сейчас по-разному определяются количество уровней организованной преступности и критерии их выделения. Не получил однозначного решения вопрос о том, деятельность которых преступных объединений составляет самый низкий и самый высокий уровне этой преступности.

Споры по поводу уровней организованной преступности можно воспринимать как один из аспектов решения более глубокой проблемы сущности указанного общественного явления. При первом приближении к ней организованность представляется одной из основных характеристик указанной преступности. Дальнейшее изучение ее связи с организованностью в преступности дает основания для вывода, что организованность совместной преступной деятельности и своеобразных коллективных субъектов последней - организованных преступных группировок при определенном ее уровня является одним из решающих условий развития указанной преступности как явления.

С учетом сказанного выше становится понятной позиция тех авторов, которые, определяя уровень организованности, ориентируются на усложнение структуры преступных объединений и выделения в них лиц или отдельных подразделений, которые создают условия для их успешного и безнаказанного функционирования; наличие в них значительных средств, коррупционных связей, благодаря которым создается «зонтик безопасности»; использования в своих интересах институтов государства и гражданского общества и т. д. Итак, организованную преступность они отождествляют только с самыми развитыми формами совместной преступной деятельности.

Однако при этом упускается из виду то, что данное явление, как и любое другое, находится в непрерывном развитии, в нем органично сочетаются простые и сложные формы, непрестанно происходит переход одних в другие. Небольшие, без всякого прикрытия и значительных материальных ресурсов, но стойкие и ориентированы на длительную преступную деятельность организованные группы наносят довольно ощутимый вред обществу. Главное же заключается в том, что их преступная активность приобретает качественно высшего сравнению с активностью групп, совершающих преступления по предварительному сговору или без таковой, уровня, характерного именно для организованной преступности. На основе такой деятельности указанные группы закономерно превращаются в более мощные и защищены от социального контроля преступные группировки. Именно они, на мой взгляд, представляют собой первый, самый низкий уровень организованной преступности.

Практическое значение такого определения первого уровня организованной преступности заключается в том, что оно способствует ориентации законодателя и практических работников на противодействие ее развития на ранних стадиях, когда недостаточно развиты в количественном и материальном отношениях, без коррупционных связей группировки еще не имеют мощной системы защиты, благодаря чему с ними можно вести успешную борьбу.

Что касается определения самого высокого уровня организованной преступности, то представляется справедливым позиция тех авторов, которые относят к нему деятельность преступных сообществ типа «воров в законе». Как уже отмечалось, они образуются не для общей организованной преступной деятельности, а как некий координационный орган, задачей которого является согласование деятельности различных группировок, организация их сотрудничества на основе выработки общей линии поведения и взаимной поддержки. В их состав входят не отдельные организованные группы или преступные организации как их подразделения, а представители этих группировок, а также отдельные авторитетные в преступной среде. Подобные сообщества является логическим проявлением развития тенденции организованности в преступности.

В рамках организованной преступности с ее высокой системности, что получает выражение в тесной взаимосвязи между организованными преступными группировками и их деятельностью, возникновение преступных сообществ неизбежно. Это связано с необходимостью не только урегулирования отношений между организованными преступными группировками в определенном регионе, но и решения общих проблем преступной деятельности указанных группировок с целью обеспечения благоприятных условий для ее развития. В создании таких сообществ получает проявление также одна из специфических свойств организованных преступников - способность целенаправленно и организованно противостоять усилиям правоохранительных органов, а также использовать институты гражданского общества и государства в своих интересах.

При выработке стратегии борьбы с организованной преступностью важно учитывать всю сложность ее структуры и сочетания в ней разных уровней организованности совместной преступной деятельности и ее специфических коллективных субъектов.