В современных условиях, когда расширяется география ядерной энергетики, увеличиваются количество и плотность размещения ядерных установок (в мире действует около 440 ядерных установок, из которых в Европе - более 220), вопросы ядерного риска выходит за рамки отдельных стран и приобретает новое, международного качества. В связи с, этим возникает проблема ответственности государства за трансграничный ядерный ущерб.

Еще в 20-х годах нашего века в международной судебной практике появились первые интерпретации общих принципов международной ответственности, связанной со случаями трансграничного загрязнения окружающей среды. Однако лишь в 70-х годах вопрос ответственности государства за трансграничный вред стало предметом специального изучения Комиссии международного права - орган ООН, созданного для кодификации и обеспечения дальнейшего развития международного права.

Особое значение этот вопрос приобрел после Чернобыльской катастрофы, которая выявила многие недостатки в существующем режиме гражданской ответственности за ядерный ущерб.

Чернобыльская катастрофа показала, что в системе норм международного права существуют определенные пробелы относительно правового регулирования ответственности государства за трансграничные последствия ядерного инцидента, который произошел на ее территории. Правовая неопределенность в этой сфере межгосударственных отношений обуславливает необходимость пересмотра концептуальных основ теории ответственности государства за последствия осуществления легитимной, но потенциально опасной для окружающей среды деятельности. В связи с этим возникает ряд вопросов: 1) обязана государство, которое осуществляет ядерную деятельность или разрешает ее осуществления, предусматривать мероприятия по предотвращению причинению вреда другим государствам? 2) если такое обязательство существует, какие меры стандарты и принципы ответственности должны применяться? 3) что является определяющим для наступления ответственности государства - наличие вреда или нарушения государством определенных международных стандартов поведения, которые требуют установления правил обеспечения обязательного минимума безопасности на ядерных установках?

Для ответа на эти вопросы целесообразно обратиться с общепризнанными принципами международного права, касающихся ответственности государства за трансграничный ущерб окружающей среде. В доктрине международного права и практике межгосударственных отношений доминирующей является идея о том, что обязанность по предотвращению трансграничной вреде является общим принципом международного права, который не зависит от каких-либо специальных норм, определенных международными соглашениями или даже международным обычным правом.

Все государства обязаны сохранять и защищать окружающую среду; отвлекать, уменьшать и контролировать загрязнение на всех участках последнего, а также обеспечивать, чтобы деятельность, которая находится под их юрисдикцией или контролем, не причиняла ущерба на территории других государств и в глобальном масштабе.

Указанное обязательство основывается на принципе «не навреди», который отвечает известному постулату римского права «Sic utere что ut alienum non Laedas» («используй свое имущество так, чтобы не навредить другому». Данный принцип является универсальным правовым принципом. Он получает проявление в фундаментальных догматах международного права, занимает видное место в международном обычном праве, а также в национальных правовых системах.

В международном праве рассматриваемый принцип может быть выведен из основных концепций суверенитета, территориальной целостности и суверенного равенства. Поскольку каждое государство имеет право требовать уважения собственного суверенитета и территориальной целостности, в равной степени она должна уважать суверенитет и территориальную целостность других государств. Более того, поскольку суверенитет предоставляет государству полномочия и устанавливает юрисдикцию над определенной территорией, существует соответствующий обязанность использовать эти полномочия для того, чтобы обеспечивать безвредность деятельности, осуществляемой в пределах юрисдикции этого государства, для других государств и отсутствие посягательств на их суверенитет или территориальную целостность. Вред, причиненный окружающей среде и здоровью людей в других государствах, должна рассматриваться как нарушение этой нормы. Учитывая изложенное, можно утверждать, что правы те ученые, по мнению которых государства «обречены» на сотрудничество в сфере стандарта небрежности неприемлемо с точки зрения категории справедливости, поскольку даже при условии введения самых жестких стандартов безопасности (с учетом условий научно -технического и иного развития общества и человека) существовать вероятность наступления ядерного инцидента. Поскольку ядерный риск значительной степени связан с возможностью непредсказуемой человеческой ошибки, государство и в условиях действия стандарта небрежности сможет отрицать свою ответственность.

Оптимальным, как представляется, решением проблемы ответственности государства за трансграничный ядерный ущерб является принятие конвенции, основанной на принципе строгой ответственности.

Стандарт строгой ответственности позволил бы устранить большинство проблем, связанных с вмешательством в государственном суверенитете, а также элемент несправедливости, обусловленной возложением на потерпевших лиц обязанности доказывать небрежность.

Хотя правилу строгой ответственности не будет хватать превентивных свойств конвенции, которая устанавливает стандарт минимальной безопасности и предусматривает мониторинг его соблюдения, угроза суровой ответственности действовать не менее эффективно, поскольку она побудит государства к принятию необходимых средств регулирования безопасности, потребует от операторов ядерных установок, находящихся под их юрисдикцией, обеспечения адекватной страховки.

Парижская и Венская конвенции о гражданской ответственности за ядерный ущерб не содержат положений о применении принципа ответственности государства и не предоставляют одном государстве права подачи исков к другому государству. Вместе обе конвенции оставляют за государствами право в процессе решения вопросов, связанных с возмещением ядерного вреда, обращаться к нормам международного права. Так, ст. XVIII Венской конвенции предусмотрено, что она не должна толковаться как затрагивающая права, Если таковые существуют, Договаривающейся Стороны в соответствии с общими положениями международного публичного права относительно ядерного вреда.

Комиссия международного права, учитывая существующие по этому вопросу точки зрения, заявила, что стандарт строгой (абсолютной) ответственности является наиболее пригодным для регулирования ядерной деятельности, поскольку гарантирует обеспечение интересов лиц, пострадавших вследствие трансграничного ядерного инцидента.

По практической реализации этого подхода среди специалистов существуют определенные разногласия. Одни предлагают идти путем включения положений об ответственности государства за трансграничный ядерный ущерб в новую, ревизии Венской конвенции. Другие считают, что эффективное решение этого вопроса требует принятия специальной конвенции, поскольку Венская конвенция касается только гражданской ответственности физических или юридических лиц. Принятие указанной конвенции позволило бы заполнить существующие в ядерных конвенциях пробелы, что способствовало бы созданию универсальной системы международной ответственности за ядерный ущерб, которая предусматривала бы возможность разрешения споров как в частно-правовом порядке, так и с применением процедуры разрешения правовых коллизий между государствами (переговоры, третейский или Международный суд).