С интуитивного ощущения внутренне противоречивой природы права возникает возможность рассматривать данное явление не с позиций реального бытия, во всей его противоречивости, а с позиций оценочного восприятия, с точки зрения его социальной ценности (которая, конечно, для каждого общественного класса в зависимости от условий его существования будет разной, выдавая желаемое за действительное). Одно дело - стремление использовать право как Идеальный рычаг общественного управления для решения назревших социальных противоречий, совсем другое - реальная сущность действующего права.

Возникновение представлений о смене «осевого принципа» исторического развития, связанное с повышением значимости сознательного фактора развития, а по сути, преувеличение значения указанного фактора, идеализация исторического процесса толкает некоторых теоретиков в объятия утопий. Истинная роль права в обществе не всегда одинаково прогрессивная: она или способствует развитию общества, или тормозит его. В этом проявляется реальная диалектика права, учитывая которую только и можно избегать теоретических и практических утопий.

Стремясь сформулировать универсальную дефиницию права, в поисках его «глубокой сущности», некоторые авторы начинают рассматривать право как явление, порожденное законам природы, звено ее «замысла», обращаясь к «характерной для вселенского бытия цикличности процессов во вселенной». При этом не учитывается, что история развития общества, по словам Ф. Энгельса, в одном пункте существенно отличается от истории развития природы: в отличие от природы, истории общества делают люди, одаренные сознанием; здесь ничего не делается без сознательного намерения, без желаемой цели. В свое время автору этих строк приходилось писать о том, что ища сущность «глубокого» порядке, выходное абстракцию права, надо избегать выхода вообще за пределы явления, которое познается Право вообще - это абстракция, которая фиксирует кое общее в одной из форм существования материи. Как и «производство вообще» (о котором писал К. Маркс), право вообще, как таковое, является абстракцией, но абстракцией разумной, поскольку она действительно выделяет общее, фиксирует его и потому избавляет нас от повторений. Как и производство, право очень сложно, некоторым «совокупным целым»; поэтому и понятие, его отражает, является многогранным, находя выражение в различных его определениях, одни из которых присущи праву вообще, характерные для всех эпох его существования, другие - только для некоторых, а третьи - только для одной эпохи.

Таким образом, понятие права вообще или его общее, универсальное понятие выступает как единство многих определений. Научное, теоретическое понятие права невозможно определить формально-логически, путем подведения под более высокий ряд и указания собственной признаки. Оно с точки зрения диалектического логики является органической единством, целостной системой разных, неразрывно связанных друг с другом определений. Единство и целостность определений, содержащихся в понятии, отражает взаимодействие многочисленных компонентов, сторон, связей и отношений целостного объекта. Задача состоит в том, чтобы раскрыть их внутреннюю закономерность, связь, взаимозависимость, выявить основу взаимодействия компонентов целого и отыскать адекватное логическое выражение. Всесторонность, единство разнообразных определений - непременное особенность научного понятия.

Приходится, однако, признать, что научное понятие права юридическая теория получит, видимо, не скоро, если в ней будет господствовать, как и раньше, метафизика, если теоретики будут придумывать умозрительные универсальные дефиниции права вместо его исследования с помощью диалектической логике с позиций материалистического монизма.